ПЛАНЫ И МЕЧТЫ ГЕННАДИЯ ВДОВИЧЕНКО

Команда пловцов в украинской паралимпийской сборной самая большая, может быть потому и разговор с Геннадием Вдовиченко, ее главным тренером, тоже получился очень длинным. Но если приятно общаться с интересным человеком, то почему бы и не поговорить, тем более, что все вчерашние страсти уже улеглись, а новые еще не нахлынули.

-В Пекине команда украинских пловцов была третьей в командном зачете и в Лондоне встала на эту же ступеньку. Был ли шанс подняться выше?

-Конечно.

-Сколько человек в вашей команде было в Китае и сколько в Англии?

-В Пекине у нас был 31 спортсмен, и 46 пловцов было в Лондоне. Возвращаясь к первому вопросу, скажу, что те, кто выступал в Пекине, потихонечку постарели…

-И даже ушли, как Лена Акопян…

-Но на этой дистанции ее заменила Наташа Прологаева. Поэтому, те, кто завоевали в Пекине несколько медалей, взяли в Лондоне одну. И не все, скажем так, медалеемкие дистанции, где наши спортсмены участвуют, разыгрывались в Лондоне. Особенно в низких классах. Потом китайцы неожиданно появились и мы не прибавили бы золота, это точно. Взять второй класс или третий, где Виноградец плыл. Потом не было эстафет, где наши однозначно были бы первыми или в призах. Ну, и плюс, кто-то, где-то не смог, в силу психологического состояния, быть полностью готовым. Боязнь показать плохой результат или же, к сожалению, когда начинают высчитывать свои шансы на возможность попасть в призы, то начинают свою цель и свои желания загромождать ненужной информацией. У нас, кстати, есть пловцы, которые, когда был отборочный чемпионат Украины, не смогли проплыть хорошо, по этой причине. Они начали высчитывать, у кого больше шансов поехать в Лондон, поэтому и не смогли показать хороший результат.

-Наша новая звезда, Наталья Прологаева пришла на позицию Елены Акопян, в ее класс. Выступила она замечательно, слов нет, но на дистанции 50м баттерфляем рекорд Акопян так и остался нетронутым. Почему Прологаева не плыла эту дистанцию? Мне показалось, что Наташа могла бы составить достойную конкуренцию тем, кто вышли на тот старт.

-Это ее отстающий элемент. «Дельфин» – это самый последний вид, который она плывет. У каждого спортсмена есть свои дистанции, но, я думаю, что она с тренером будут работать и над этим. Даже на 200м кролем она не заявлялась. Надо признать, что Прологаева очень долго болела в течение года, а во-вторых, это не ее дистанция. Она очень тяжелая.

-Три золотых медали у Прологаевой, столько же у Вераксы, а что не получилось у Смирнова?

-У него полный комплект – золото, серебро, бронза.

-Уже можно говорить о том, что он выходит из некоего пике, в которое угодил? Насколько вероятна его поездка в Бразилию?

– По большей степени этот вопрос лучше адресовать ему, а не мне.

-Очень многие спортсмены и, пловцы, в частности, жалуются на то, что была некая судейская предвзятость к спортсменам из Украины. Что скажете Вы?

-Что-то такого, сверхординарного, не было, потому что никого, к счастью, не сняли, всех допустили. Скажем, могли бы придраться к экипировке, многие спортсмены из других стран тоже закрашивали свои «лейбочки», поэтому – все в порядке.

-Через год в Канаде должен пройти очередной чемпионат мира. У вас уже есть какие-то наметки на этот турнир? Может быть, вы уже что-то знаете о новом составе и новых именах? Кто-то уже заговорил о том, что решил резиновую шапочку и костюм положить на полку?

-В декабре месяце будет Кубок Украины, скорее всего в Евпатории, и мы сможем там собрать команду и все общие вопросы, все планы, и пожелания спортсменов мы уточним. А до конца октября мы должны разработать календарь и дать его руководству. Это будет календарь процентов на 80 , потому что не до конца известны все международные соревнования в следующем году. А у нас есть практика выступать весной на международных стартах, если это получается. Чтобы психологически спортсмены могли познать чувство соперничества, потому что дома они хорошо знают друг друга, привыкли, а посторонний раздражитель нужен всегда.

-Были ли в Вашей команде такие люди, который первый раз в жизни участвовали в больших стартах и как они выступили?

-Больше скажу, они даже стали чемпионами. Это Кристина Юрченко, дистанция 100м брассом, Виктория Савцова, Геннадий Бойко, Екатерина Истомина была второй на сотне баттерфляем. Это те, кто с декабря прошлого года получили классификацию, и сразу попали на основные соревнования.

-Такой вопрос. Вот, скажем, Ани Палян стартовала с тумбочки. Она поздно отпустила руку тренера, а проиграла всего лишь касание. Это технический момент. Но какой он коварный! Вроде бы все правильно, но доли секунд потерянных на старте стоили ей медали. Как вы с этим работаете?

-Это чисто технический момент, потому что до этого она делала старты из воды, а сегодня у нее старт с тумбочки, который, в любом случае, плюс.

-Вы имеете в виду, что за счет скольжения она уходит дальше со старта?

-Конечно! Она сокращает время страта.

-Вы довольны результатами выступлений команды пловцов в Лондоне-2012? Насколько возможно было улучшить свои показатели?

-Могли улучшить, особенно там, где были четвертые места. Считаю, что некоторые спортсмены могли бы выступить лучше, да и Федина, естественно, в первую очередь. Резервы были. Там, где мы думали взять золото, не смогли. Мы не моги предположить, что настолько сильны будут соперники. Психологически не совсем справились по ходу дистанции. Начинали рвать воду, форсируя события, а оказалось, что ухудшалась техника и, соответственно, результаты.

-Получается, что это опять момент из психологии. Украинские пловцы уходили за теми, кто делал рывок, и теряли свой ритм выступлений.

-В принципе, очень тяжело справиться с таким моментом любому спортсмену, каким бы он ни был профессиональным, потому что, когда ты не ожидаешь такого прироста результатов, то, естественно, разрушается сама тактика прохождения дистанции. Спортсмен сразу же начинает что-то менять, понимая, что это паралимпиада и получалось у всех так, как кто справился.

-Вернемся к тому моменту, который всегда остается за кадром. Мне доводилось наблюдать в олимпийской деревне, что весь тренерский штаб всегда на нервах, на эмоциях. Много было замкнутости и нежелания общаться. Больше скажу, ощущался даже какой-то негатив. Хотя это может быть моим субъективным мнением. И все-таки, как ваша «кухня» выстраивалась в Лондоне? Одних я часто видел на трибунах в группе поддержки, других у бортика, а третьих вообще встречал довольно редко… Приоткройте занавес, пожалуйста.

-Основная тренерская работа направлена на то, чтобы максимально помочь спортсмену реализовать себя. А так как спортсмены наши требуют помощи, помощи в передвижении, в том, чтобы побыстрее поесть, быстрее отойти от стартов, а их надо даже в туалет сводить, то, соответственно, и вся наша работа направлена на то, чтобы все наши спортсмены, которые выступают на соревнованиях, которые готовятся выступить, или которые отдыхают после соревнований, чтобы они все имели возможность получать помощь со стороны тренерского штаба. Именно поэтому некоторые тренера оставались в деревне, чтобы помочь спортсменам поесть в столовой. Вы сами видели, что есть дорога туда и обратно, потом выбрать надо еду, донести ее до стола. В первую очередь это касается колясочников, тех, кто на костылях. Это тяжело для них.

-К слову, про кухню. Вы контролировали рацион питания?

-Конечно. Основное было то, чтобы пока спортсмены участвуют в соревнованиях они ели только знакомую им пищу. Это креветки, мясо обычное, картошка, салаты, а главное, чтобы к азиатской и индийской кухне ходили поменьше. Там могло быть что-то неожиданное с приправами, а нам никакие заболевания не нужны.

А теперь о бассейне. Надо было обеспечить выход спортсменов. К сожалению, из-за того, что непосредственно за 20 минут спортсмену надо было быть для формирования заплыва, при том, не только за 20 минут до его заплыва, до начала розыгрыша этой дистанции. Например, если утром три предварительных заплыва, то все три заплыва, включая и третий, должны быть за 20 минут до начала этого розыгрыша. С этими же спортсменами должны находиться тренеры, которые им помогают. То ли это тапирование, то ли сопровождение. Вечером мы расписывали план подготовки на следующее утро, а днем все расписывали на вечер. Надо было знать, кому нужна какая помощь, кто за кого отвечает, и кто кого подстраховывает.

-Каким был у вас рабочий день в Лондоне? Когда он начинался и во сколько заканчивался?

-У меня, пока Елисаветская не проплыла, день начинался в шесть часов, потому что мы ездили на тренировку в бассейн на 7 или 7.30. Потом я ее отправлял в деревню и ее там встречали, чтобы отвести покушать, а я встречал тех, кто должен был приехать на тренировку. Дальше мы разминались и готовились. Мне постоянно надо было быть на соревнованиях, пока программа не закончится, ну, и вечером, в 22.15 у нас было собрание. Мы старались вопросы решать быстро, потому что спортсмены ждали нашего решения и только после этого они могли спать. А нам надо было им все рассказать и объяснить. Вот и получалось, что с 23.00 у нас было свободное время.

-Сколько раз вам приходилось с Зайцевой и Сушкевичем встречаться на этих совещаниях?

-Не было места для сборов, поэтому ничего такого не было.

-Вопрос про личную жизнь. Как удается одному и сына воспитывать, и работу такую на плечах нести? Ведь у пловцов очень много сборов и соревнований. Можно не отвечать, если не хочется.

-Отвечу. Когда дома, то, естественно, помогают обе бабушки и тетя. Дежурство устроено. Когда началась школа, то мы переехали сюда. И еще. Благодаря Елене Андреевне и Валерию Михайловичу, Даниил находится со мной на сборах. Валерий Михайлович пообещал всячески мне помогать и решать все вопросы, которые возникнут по сыну. Он слово держит. Скажу, что мне это очень приятно.

-О чем хотелось бы, чтобы я спросил?

– У нас в стране есть не до конца оцененные профессии, например, профессии врача, журналиста, тренера, массажиста. У нас есть спортсмен и это замечательно. Есть руководитель. И это тоже замечательно. Мы понимаем, что талант спортсмена делает результат. Но к его таланту прилагают усилия очень разные люди. Когда спортсмен показывает или улучшает результат, то это заслуга спортсмена. А ведь если эти составляющие в каком-то моменте могут выпасть, то это может повлиять на результат этого спортсмена. У нас есть очень много резерва для улучшения тренировочного процесса, врачебного, психологического. Например. У нас есть министерство здравоохранения. Почему бы его не объединить с министерством спорта, чтобы наши спортсмены могли бы получать лучшее лечение, лучшую реабилитацию, лучшие определения каких-то проблем, что возникают у спортсменов.

-Например?

– Мы работаем напрямую с областным здравоохранением. У нас заболел спортсмен. Ему надо пройти медобследование. Что мы делаем? Ищем какие-то личные связи, платим деньги, кланяемся, хотя это работа державы и результат области. Мне кажется, что если наладить более тесное взаимопонимание с органами, которые есть в нашей стране, то результаты были бы уже выше. Те же психологи. Сколько есть психологов, которые могли бы работать. Основная проблема в чем? Психология направлена на то, чтобы помочь человеку, подавленному в себе. Спортсмен – это личность. Помощь нужна не человеку в депрессии, а сильному, который боится показать слабый результат. Его боязнь в том, что он не сможет реализовать себя. В этом основная проблема.

-В паралимпийской сборной вообще нет ни одного психолога. А что говорить об отдельных видах спорта…

-Это потому, к сожалению. что психологи считают ниже своего достоинства общаться со спортом, как таковым.

-Какой вывод?

-Чем быстрее мы сможем найти взаимопонимание со здравоохранением, и другими органами, которые помогут улучшить работу олимпийского и паралимпийского спорта, тем будет лучше.

-Хочется наш разговор все-таки закончить на более оптимистической ноте. Расскажите про тот золотой запас, что припрятан Вами.

-Он не спрятан. Развитие плавания в Украине развивается хорошо, а в последние годы произошел всплеск интереса к нашему движению. На каждом соревновании мы находим несколько человек, которые претендуют на призовые места. Потом мы везем их на классификацию и так оно и происходит. По итогам чемпионата Украины у нас есть четыре человека, которых мы еще раз просмотрим. Это молодые люди. Где-то до 18 лет. Это тот резерв, который может восполнить наши ряды. Основная проблема заключается в том, что команда наша стала настолько большая, что мы на восьми дорожках уже не помещаемся. Нам надо 13 дорожек, чтобы мы могли поместиться все вместе. Мы плаваем в две смены. В Николаеве мы плаваем в три смены. Такие проблемы есть. Если спортсмен тяжелый, то надо, чтобы на дорожке он был один. Максимум – два. Но даже это очень тяжело. Техника зависит от этого.

Не получилось оптимизма в концовке. Но что делать, если Геннадий Вдовиченко вдумчивый философ. Он смотрит не в завтрашний день, а дальше. Он копается в себе и в том «материале», с которым работает. Мне нравится, что копает он глубоко. Планы его далекоидущие. У него есть своя линия горизонта. И мечта есть. Даже не одна. Пусть они сбываются.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


четыре × = 24

Архив записей
Июнь 2017
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Май    
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930  
Свежие комментарии

Уважаемые посетители убедительная просьба
– при использовании материалов обязательно ссылаться на сайт.
Так же буду очень благодарен за ваши отзывы. Спасибо!